Главарь
— Ты кто? — Часть силы той, что без числа творит добро, всему желая зла.
Название:"Она наш телохранитель"
Автор:Aleksia Li
Фендом:Crows Zero
Пейринг:Гендзи/???,Идзаки/???,Сэридзава и др.
Размер:миди 59 страниц
Размещение:только с разрешения
Пометка:Здесь вы НЕ увидите никакого слеша!
Здесь есть нецензурная лексика,но самые "смачные" ругательства замаскированы звездочками,ибо у меня не подымалась рука такое написать открыто;)


Когда Гендзи не обнаружил поблизости Томоэдо, ему это, откровенно говоря, не очень понравилось. Будущий якудза уже свыкся с тем фактом, что она постоянно сует нос в его дела и крутится вокруг, будто дворняжка, получившая кусок мяса. Ему претило такое внимание, пусть оно и было частью работы телохранителя. Но, черт возьми, шатенка обладала видной внешностью и приятными манерами, которые так и хотелось испортить!
Такия-младший нервно прохаживался у бассейна и курил, в надежде отогнать мысли об этой «несносной дрянной девчонке».
«Надо пригрозить ей увольнением, чтоб знала» – подумал главарь GPS и удовлетворенно улыбнулся своей идее.
Наконец из-за поворота показался Идзаки, но… почему-то без Алексис и в очень плохом расположении духа. Он надвигался на своего друга, извергая молнии взглядом и устрашающе сжав кулаки. Наследник клана якудза хотел было спросить, что же случилось, однако не успел вымолвить и слова, как получил в лицо от блондина.
- За что, б**ть?! – В глазах черноволосого парня отразилось полнейшее недоумение.
- За то, сукин ты сын, что нельзя обижать девушек! – Шун схватил Такию за грудки и припер к забору. – Особенно таких, как Томоэдо.
- Ты о чем вообще? – Удивление главного ворона продолжало расти в геометрической прогрессии.
- О том, что ты вчера приставал к собственному телохранителю. И оставил у нее на шее следы своих ублюдских губ! – Идзаки был вне себя от ярости.
- Эй, эй! Стоп, – главарь Судзурана кое-как высвободился. – Что-то я никак не въеду. Я? Приставал?
- Да! Ты вчера напился в бревно, и Алексис тащила тебя до дому. Одна! – В голосе парня проявились явные признаки вины. – А потом стал грязно ее домогаться!
Гендзи как холодной водой окатили, – неужели он мог так поступить? Наследник клана якудза обхватил голову руками, силясь вспомнить хоть что-нибудь о вчерашней ночи.
- Я…я не помню, – выдавил он и посмотрел на своего друга. – Она тебе рассказала об этом?
Шун хмыкнул:
- Не нужно быть гением, чтобы догадаться самому. Твои «поцелуи» и грусть на ее лице говорят красноречивее слов. А Томоэдо-тян хотела все оставить в тайне. Нравишься ты ей, падла, –генерал армии GPS вздохнул и устремил взгляд черных глаз в небо, откуда, не спеша, продолжал падать снег, скрывая порочность окружающего мира.
Такия-младший вытянул ладонь и поймал снежинку; она аккуратно расположилась на руке, поблескивала и таяла, постепенно сдаваясь под напором человеческого тепла. В голове молодого человека пробежала мысль, что она чем-то похожа на Алексис – такая же хрупкая и утонченная, слегка колючая, но ранимая. В его душу закрались едкие ростки раскаянья, – да еще и та пощечина подлила масла в разгорающийся огонь покаяния.
- Единственное, что я помню – себя, хрен знает как очутившегося в закрытой ванной. Причем в дофига мокрой одежде, – нарушил тишину будущий якудза.
И тут же, как будто воссоздав всю картину происшествия до мельчайших подробностей, облегченно засмеялся:
- Она таки девка не промах – в реале может обломать любого. У нас с ней ничего не было, Идзаки, – радостно сказал он и похлопал последнего по плечу.
- Все равно тебе нужно извиниться. Хотя бы за ту омерзительную пощечину. – Шун сморщился.
Такия кивнул и двинулся на поиски шатенки.

- Лапы свои убрал! – бас Гендзи рокотом разлился в воздухе.
Томоэдо отпрянула от Тамао и склонилась в глубоком поклоне, бывший главарь Судзурана смерил вошедшего презрительным взглядом и с вызовом спросил:
- А то что? Драться со мной будешь? – неприятная улыбка заиграла на его лице. – Так все равно за тебя будет драться эта милая барышня. – Брюнет жестом указал на телохранителя.
- Да как ты…– молодой наследник якудза кинулся на нахала, однако Алексис преградила ему путь.
Кровь в жилах Такии-младшего забурлила и смыла все благородные намерения о прощении.
- Пошла прочь, сука! – Если бы взглядом можно было убивать, девушка давно бы уже была мертва – с таким гневом он смотрел на нее.
Но Томоэдо ничуть не испугалась и стойко вынесла каждую атаку глубоких, обозленных глаз, цвета безлунной ночи.
- Отойди, б***на паршивая! – повторил Гендзи с еще большим надрывом. Сейчас он являл собой жалкое зрелище задетого самолюбия.
- Такия, попридержи язык, – отозвался Сэридзава. – Или испугался, что я первый трахну твою «игрушку»?
Телохранитель в недоумении уставилась на бывшего главаря вороньей школы.
- Я ведь заметил красочные, я бы даже сказал, смачные, следы на шее этой прекрасной девушки. Но, после ее самоотверженной схватки с Риндаманом, предположил, что тебя ПРОДИНАМИЛИ, – Тамао, смотревший до этого исподлобья, поднял глаза на своего противника – его фирменный взгляд, повергавший любого в благоговейный трепет. – А теперь уверен, что так оно и было.
Вряд ли такие слова можно считать уместными в споре, тем более, когда нервы главаря GPS были натянуты до предела – бах! И нить здравого смысла, сдерживающего зверя порвалась. Алексис была буквально убрана с пути, как строение, подхваченное смерчем. Девушка в считанные секунды оказалась на поверхности крыши, осыпанной первым снегом, больно впивавшимся в кожу. К счастью, сработала годами выработанная реакция, и она успела правильно приземлиться, чтобы минимизировать ущерб.
В это время два парня уже сцепились, словно львы, борющиеся не на жизнь, а на смерть. Такия-младший с необузданной яростью наносил удар за ударом; гнев запеленал его разум. Однако, в противоположность ему, Сэридзава с уверенным спокойствием отражал атаки одну за другой. Молодые люди олицетворяли две стихии – огонь и лед, чья вечная битва будоражила умы философов и давала почву для размышлений.
Томоэдо подорвалась на ноги и, что есть силы, закричала:
- Остановитесь!
Ноль эмоций, никто даже не удостоил ее хоть толикой внимания, лишь пара воронов слетела с деревьев и, каркая, взмыла в небо. Шатенка тяжело выдохнула и полезла во внутренний карман пальто. Раздался выстрел – предупредительный в воздух.
- Я сказала остановитесь, – ледяным тоном повторила Томоэдо, опуская револьвер.
Парни перестали драться и одновременно обернулись.
- Была б моя воля, пристрелила бы обоих, – в отчаянье вымолвила она и, схватив патрона, направилась к выходу с крыши.
Гендзи не сопротивлялся – настолько он был шокирован всем происходящим. У самой двери Алексис задержалась и кинула через плечо: «Было приятно пообщаться, Сэридзава-кун. Еще встретимся».

Спускаясь по лестнице, телохранитель и ее хозяин встретили целую толпу взволнованных судзурановцев, каждый из которых сыпал вопросами о выстреле и причинах, повлекших его. Токио, Цуцумото и Токадзи были среди страждущих узнать правду. Туцукава вышел вперед и заслонил проход.
- Что там случилось? – тщательно подбирая слова, спросил он. – Где Сэридзава?
Такия был не намерен отвечать, поэтому просто-напросто попытался протиснуться к выходу, игнорируя вопрос. Томоэдо извинилась и кратко уверила всех, что ничего серьезного не произошло, а Тамао ждет наверху; после чего ученики Судзурана ринулись на крышу, предоставляя возможность пройти.
Наконец Алексис вместе с патроном достигли нижнего этажа. Такия-младший плюхнулся на стул и перевел дух. Ушибы начали болеть с новой силой, из-за чего по лицу брюнета пробежала судорога. Ко всему прочему у будущего якудзы разболелась голова, – он прикрыл глаза, однако это мало чем помогало. По коридору гулял сквозняк, создавая не очень уютную атмосферу и, временами, хлопая разбитыми рамами окон, добавлял ощущение ужаса.
Телохранитель видела, что главарю GPS плохо, и ее сердце обливалось кровью – вся обида разом прошла, сменившись на нежную жалость. Девушка присела рядом, еле сдерживая желание обнять Гендзи и забрать всю его боль, все его терзания, Чтобы отвлечься шатенка принялась рассматривать окрестности, цепляясь взглядом за самые незначительные детали, дабы усмирить в себе тягостный порыв.
Вдруг со стороны улицы послышался грохот, от чего Алексис выпрямилась, будто струна, и стала напряженно вслушиваться. Послышались чьи-то шаги, и Томоэдо приготовилась достать револьвер в любую секунду.
Показался силуэт молодого человека, в котором безошибочно угадывался генерал армии GPS. Телохранитель облегченно убрала руку от оружия, но бдительности не теряла.
- Как вы? – задал вопрос подошедший Идзаки. – Я слышал, что на крыше была маленькая заварушка с Тамао.
Такия медленно открыл глаза и кивнул. Он все еще был в неком подобии транса.
- Все в порядке, лишь небольшое недоразумение, – шатенка слегка улыбнулась.
- Но ты ведь стреляла? – Шун недоверчиво прищурился.
- Просто парни по-другому не хотели останавливаться, – поспешно ответила Томоэдо и переменила тему: – А что это был за шум? – она показала на двор.
- Аа, Чутта с Макисэ решили поразвлечься и скатиться на велике (и где они только его откапали?), да вот не рассчитали малеха, олухи.
Наследник клана якудза неожиданно встал:
- Пошли отседава, – хрипловато проговорил он.
Алексис ничего не оставалось, кроме как повиноваться патрону. Светловолосый молодой человек последовал за ними. Пока они шли, Гендзи не проронил ни слова, а его лучший друг и телохранитель тихонько переговаривались.
- Он опять повел себя как сволочь? – поинтересовался Идзаки, кинув беглый взгляд на главного ворона.
- Нет, что ты. Разве меня так легко обидеть? – девушка сделала попытку отшутиться.
- Сделаю вид, что не так легко, – блондин решил больше не давить на нее, – особенно Такии. – он горько усмехнулся.
Снег постепенно сбавлял темп, до тех пор, как совсем не прекратился. Люди безликой массой сновали по скользким улицам, не глядя по сторонам и не задерживаясь, и спешили кто куда.
Остаток пути компания GPS провела молча, – каждый был занят собственными мыслями.
Вот уже сквозь ветви припорошенных деревьев стали проглядываться очертания дома семьи Такия. Будущий якудза ускорил шаг. У красивых кованых ворот он остановился и начал судорожно искать ключи. Наконец он нашел их и отворил калитку. Томоэдо бросилась ему на опережение и заслонила входную дверь. Гендзи фыркнул, так как на большее проявление недовольства у него попросту не было сил, и, присев на ступеньку, стал ждать когда телохранитель проверит обстановку внутри.
- Ты все-таки не попросил прощения? – с укором спросил Шун, усаживаясь рядом.
- А зачем? – перед глазами главаря Судзурана всплыл инцидент на крыше. – Она, – он замялся и не знал говорить ли другу об объятиях Сэризавы и его обожаемой Алексис или нет, – она просто…такая же как и все бабы! – Уважение к чувствам Идзаки взяло вверх, и парень ограничился общей априорной фразой.
- Именно, она – девушка, хоть и выбрала работу далеко не женскую. Как бы то ни было, ей нужно внимание и ласка.
«Знал бы ты, с КЕМ она их получает!» – пылко подумал Такия-младший, и им снова завладела ярость, с примесью ненависти.
Их дискуссию прервала Алексис, сообщившая, что можно заходить. Брюнет резко поднялся, отчего волна головной боли с неистовством обрушилась на него и заставила схватиться за стену. Томоэдо сокрушенно отвела взгляд. Переждав пару секунд, молодой наследник якудза медленно пошел к двери.
- Идзаки, прости, что не могу уделить тебе время, – кротко произнесла телохранитель и поклонилась.
- Ничего, беги к Гендзи – ему нужна твоя помощь. – Генерал армии GPS заулыбался и, попрощавшись, направился прочь.
Лишь когда шатенка скрылась из виду, парень обернулся, и вся его показная улыбка сменилась тенью глубокой печали, – он все видел.

Алексис неуверенно взялась за дверную ручку. Сомнения снедали ее и не давали возможности здраво мыслить, – едва ли не впервые в ее карьере, да и жизни тоже. Она вспомнила упражнение, которому научилась во время учебы – нужно десять раз глубоко вдохнуть и принять решение, если же решение не приходит, то отложить это дело до следующего раза. Считается, что таким приемом пользовались самураи.
Раз…два…три…четыре…есть! Девушка потянула за ручку.
Ее патрон раскинулся на постели, не удосужившись снять одежду. Глаза Такии были плотно закрыты, а губы застыли тонкой неподвижной нитью. Томоэдо тихонько подошла к прикроватному столику и поставила поднос, на котором аккуратно расположились лекарства, мокрое полотенце и стакан с водой. Гендзи зашевелился и перевернулся на спину. Телохранитель взяла полотенце, сложила в два слоя и положила на лоб брюнета. Затем она стала расстегивать пуговицы форменного пиджака. Молодой человек застонал, и руки Алексис замерли в нерешительности. За окном уже вечерело, так что вся комната была погружена в мягкий полумрак, трансформирующий каждый предмет в неясные силуэты. Дыхание Такии-младшего выровнялось и казалось, что он впал в крепкий сон.
В конце концов, девушка покончила с пуговицами, после чего расправила одеяло и уже собиралась уходить, как вдруг шепот будущего якудзы остановил ее. Он что-то говорил, – похоже, что парень бредил, – так тихо, что шатенке пришлось наклониться почти к самым губам ворона. Темно-каштановые пряди коснулись лица главаря Судзурана и он явственно вымолвил: «Рюка…». Лишь одно слово, но, сколько боли оно несло в себе! Сердце Томоэдо сделало отчаянный рывок и будто со всего размаху полетело в пропасть. Гендзи, все еще не открывая глаз, обхватил Алексис и, притянув к себе, поцеловал. Не устояв перед искушением и подумав: «А к черту все!», телохранитель ответила на поцелуй.

На небе проявились звезды, а луна горделиво поглядывала на всех свысока, освещая пустынные улочки. В такое время, да еще и в такую погоду, редко кого можно было встретить в городском парке. Поэтому одинокая девушка, сидящая на скамейке, непременно вызывала недюжинное любопытство. Ее темные волосы были заплетены в тугую косу и откинуты за спину. Она сидела, облокотившись на спинку и засунув руки в карманы черного пальто. На щеках девушки все еще играл румянец.
«Как стыдно-то» – подумала она и вздохнула.
Шатенке показалось, что на ее губах навсегда останется странный, но приятный привкус.

FB.
Когда губы Такии-младщего беспрепятственно слились с губами Алексис, он, наконец, открыл глаза в сладостном предвкушении. Однако, перед собой он увидел далеко не ту, которую звал во сне. По инерции главный ворон продолжил целовать своего телохранителя и нельзя сказать, что ему это не понравилось. Напротив, у него никогда еще не было настолько великолепных ощущений, что, в тоже время, пугало молодого наследника якудза. Он резко прервал поцелуй и сел на кровати; Томоэдо от неожиданности чуть было не повалилась на спину, но в последнюю секунду ей удалось выпрямиться, и она встала.
- Прошу простить меня, Гендзи-сама! – девушка склонилась в поклоне, самом низком из возможных, коим удостаивали только императора.
Такия в растерянности уставился на шатенку, не зная, что делать дальше. Мысли хаотично двигались в его голове, то появляясь, будто спасительная соломинка, то исчезая, оставляя парня один на один с бушующим потоком.
На мгновение им овладело желание воспользоваться ротиком Алексис по очень заманчивому назначению, и заставить ее просить о прощении несколько иным способом.
- Нет! – выкрикнул главарь GPS вслух и тут же осекся.
Томоэдо обескуражено подняла голову и выжидающе заглянула в черные глаза патрона.
- Это я не тебе! – буркнул он и отвернулся.
Повисло неловкое молчание – казалось, что еще чуть-чуть и можно будет услышать внутренний голос друг друга. Гендзи плотнее сжал губы так, будто это могло обезопасить все его самые сокровенные вожделения; а телохранитель, напротив, пристально смотрела на хозяина, приготовившись открыть собственные.
Такия-младший лихорадочно думал, ежесекундно борясь с новым, зародившимся чувством, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Он, к своему несчастию, вспомнил о засосах, оставленных на точеной шейке девушки и…ее аромат – тонкий, ненавязчивый, напоминающий весну и запах цветущей сакуры. Главный ворон Судзурана сглотнул и решился поднять взгляд; зря он так сделал – теперь омут светло-карих глаз затягивал его с головой, не давая возможности продохнуть.
«Да что за фигня со мной творится?!» – в негодовании подумал брюнет.
Алексис было невыносимо более находиться здесь, и она повернулась, чтобы уйти. Такии не хотелось отпускать ее, поэтому, высвободившись из плена магнетического взгляда девушки, он подскочил к ней и, взяв за руку, развернул на себя. Затем, все еще держа ее руки в своих, молодой человек наклонился и нежно поцеловал манящие губы Томоэдо. Этот поцелуй отличался от предыдущих, – он был не таким требовательным, не таким спонтанным, и шатенка заметила это. Она несмело обняла Такию-младшего, до последней капли отдаваясь безумию.
Тьма уже полностью накрыла комнату, обволакивая целующихся.
Вдруг громкий звонок пронзил тишину. А после повторился еще несколько раз, следуя непонятной схеме, словно кто-то неумело играл на рояле. Гендзи нехотя прервал поцелуй и раздосадовано произнес:
- Рюка пришла. – Парень начинал злиться. – Уходи, оставь нас вдвоем, – кинул он на ходу и пошел открывать двери.
EFB.
На улице было сыро и непривычно холодно для осени в этом городе. Алексис поежилась и подняла ворот пальто. Ко всему прочему посыпал мелкий снежок. Наверно ей следовало бы укрыться от непогоды в каком-нибудь уютном кафе, однако девушка любила именно такую погоду.
«Да уж, никудышный из меня телохранитель – влюбилась в патрона! А теперь вот вообще далеко от него и не могу защитить в случае опасности, – сетовала Томоэдо, вытаскивая мобильник. – Я уже так два часа сижу, а Такия-сан все не перезванивает» – устало подумала она и перевела взгляд на аллею впереди.
По ней неуверенно и зигзагами двигалась компания молодых людей. Поначалу они бесцельно шли (вернее, пытались идти), однако, как только высокий и широкоплечий парень, явно спортсмен, заметил одиноко сидящую особь женского пола, их компашка сильно оживилась. Они выпрямились и нацепили на лица премерзкие улыбочки, распушившись при этом а-ля павлины.
Алексис вынула руки из карманов и слегка наклонила голову, чтобы незаметно следить за их действиями. Шатенка отметила, что молодые люди были одеты в одинаковую одежду, чем-то смахивающую на одежду панков или байкеров., а заправилой у них был тот самый широкоплечий парень. Черты его лица были правильными и довольно-таки красивыми; волосы он перекрасил в рыжевато-каштановый цвет и зафиксировал лаком.
«Странный какой-то, но эффектный» – ненароком промелькнуло у Томоэдо в голове.
А компания тем временем все приближалась, и телохранитель приготовилась обороняться. Рыжеватый молодой человек быстро сократил разделявшее их расстояние и нагло уселся рядом, едва ли не вплотную прижавшись к девушке.
- Скучаешь? – слащаво поинтересовался он.
- Отнюдь. – Алексис сделала попытку отодвинуться, но с другой стороны к ней подсел еще один член шайки.
- А мы вот скучаем, – парень обвел взглядом своих друзей. – Не поможешь?
Шатенка закатила глаза, – как же ей осточертели приставания пьяных придурков! – и сделала рывок, чтобы встать. Холодный металл, приставленный к щеке, заставил Томоэдо остаться на месте.
- Ну-ну. Зачем же так? – приговаривал он, водя перочинным ножом по лицу своей жертвы.
Молодые люди коршунами следили за каждым движением главаря, готовые кинуться ему на помощь в любой момент.
Неожиданно для них, девушка схватила лезвие и, развернувшись вправо, ударила обидчика локтем. Удар получился мощным, хоть парень так и не выпустил из рук холодное оружие. Алексис не отступала и еще сильнее вцепилась за нож; по руке потекла струйка крови, но она даже не обратила внимания. Парень, сидевший слева, навалился на нее сзади. Телохранитель нанесла ему удар по ребрам, от чего тот на мгновение потерял способность дышать и теперь жадно хватал ртом воздух. Этого мгновения хватило, чтобы Томоэдо смогла встать. Выдрав из рук рыжеватого главаря шайки перочинный нож, она откинула его далеко в сторону и разгорячено проговорила:
- А теперь поиграем!
Первому досталось парнише, посмевшему напасть на нее со спины: шатенка подсекла его и ударила коленом так, что он, не отошедший еще от удара под ребра, больше не поднялся. Остальных она искусно отделала точными, отработанными атаками в самые уязвимые места. Напоследок, девушка накинулась на заводилу с лакированными волосами. Сначала телохранитель задержала его прямым ударом ноги, а затем ударила апперкот прямо в челюсть. Она и дальше собиралась атаковать – ей нужно было выпустить пар, – как вдруг знакомый голос окликнул ее и призывал остановиться.
- Идзаки? – удивилась Алексис, обернувшись.
Генерал GPS подбежал поближе и, поверхностно осмотрев Томоэдо на предмет ушибов, изрек:
- Не на ту напоролись, ублюдки! – Шун приподнял за грудки молодого человека, которого минуту назад «обрабатывала» шатенка. – О, да это ж сам Хидэто Бандо! Вали отсюда и шавок своих прихвати! – добавил он, толкая байкера на скамейку.
И все же Бандо не собирался так просто сдаваться и покидать поле боя. Он подвелся на ноги и бросился на светловолосого парня.

Луна скрылась за тучей, из-за чего улица погрузилась во мрак; поднялся ветер, кидая колючие снежинки в лица двух людей, расположившихся на скамейке. Они попивали горячий кофе из автомата и тихо разговаривали, будто бы боясь невольно потревожить чей-то сон.
- Неплохая была драка, – усмехнулся блондин и отпил из пластикового стаканчика.
- Даа, уж, – протянула его спутница и посмотрела на парня.
Ей было приятно наблюдать за Идзаки Шуном, подоспевшим, как всегда вовремя, ей на помощь.
Он сменил судзурановскую форму на обычные потертые джинсы и теплую кожаную куртку, надежно защищавшую от ночной прохлады. Костяшки его пальцев были в крови и ярче слов демонстрировали о последствиях стычки с Хидэто.
- Он не позвонит тебе, – сказал Шун. – По крайней мере, до утра.
Томоэдо отвела взгляд. Мысли о том, ЧЕМ же там занимается Гендзи не давали ей покоя.
- Ты же не собираешься провести всю ночь на улице? – продолжил он слегка взволнованно.
- Нет, не собираюсь. Пойду в какой-нибудь отель недалеко от дома Такия. – В голосе девушки проскользнула неуверенность – денег-то она с собой не взяла.
- Так, все ясно. – Идзаки встал. – Пошли, переночуешь у меня, – безапелляционно заявил он и протянул шатенке руку.
Она молчала в нерешительности, и, убрав руку, генерал GPS наклонился к ней:
- Здесь холодно, ты наверно проголодалась и устала. – Молодой человек внимательно вглядывался в светло-карие глаза, желая прочесть то, что скрывалось за ними. – Обещаю, ничего непозволительного делать не буду, – он улыбнулся.
Эта улыбка решила все. Алексис поднялась и, одарив Шуна ответной улыбкой, произнесла:
- Ну-с, ведите, Идзаки-сан.
Блондин засмеялся и выкинул стаканчик.

Шун жил в тихом спальном квартале, далеко от центра и, соответственно, суеты. Дома здесь не были примечательными и особо не отличались друг от друга, будто кто-то создал их под копирку и расставил в незамысловатом порядке – вряд ли здесь можно было отыскать великолепие архитектурного вкуса; зато, как считал сам Идзаки, это напротив придавало уверенности, что в таком месте можно спрятаться и раствориться в толпе.
Молодые люди подошли к одному из домов, некогда выкрашенному в бежевый цвет, а теперь облупившимся и потертым от времени, и поднялись по железной лестнице на второй этаж.
- Прошу. – Блондин сделал галантный жест, открывая дверь квартирки.
Алексис кивнула и прошла внутрь. В квартире пахло чем-то вкусным, похоже, что это был одеколон генерала. Щелк! – парень дотронулся до выключателя, и комната озарилась теплым светом. Как оказалось, это была гостиная, смежная с кухней. В целом она была достаточно чистой и уютной. Все вещи, казалось, идеально нашли свои места: на стене, прямо напротив входной двери висела доска для дартса, по периметру стояли стеллажи, в том числе и с книгами; посреди комнаты стоял диван, – явно не новый, но ухоженный и гармонично вписывающийся в интерьер, – напротив дивана, на небольшом столике, примостился телевизор, а на нем располагались какие-то диски. Смежная кухня была маленькой, однако это ничуть не помешало вместить туда все необходимое. Столом служила барная стойка, к которой примыкало несколько высоких стульев(совсем как в баре), готовка, по всей видимости, происходила на неком подобии тумбы, где остался лежать нож и разделочная доска. Холодильник, словно в наказание за провинность, был задвинут в угол.
Позади дивана, в метрах трех от него, находились две другие комнаты – Томоэдо посчитала, что там, должно быть, спальня Шуна и ванная комната.
Вся мебель была подобрана в одной цветовой гамме, что говорило о наличии вкуса и чувства стиля у «правой руки» Такии.
- Очень даже мило, – вымолвила телохранитель. – И уютно. Я, признаюсь, не ожидала увидеть такое в квартире у судзурановца. – Она улыбнулась.
- Спасибо, – поблагодарил Идзаки, забирая у кареглазой девушки пальто. – Чувствуй себя как дома, – добавил молодой человек.
Алексис присела на диван и облегченно вздохнула – наконец, холод убрал от нее свои цепкие объятия.
Генерал армии GPS повесил верхнюю одежду и учтиво поинтересовался:
- Кушать хочешь?
Шатенка поначалу замялась – ей так не хотелось обременять парня еще и этим, – но он, ласково улыбнувшись, опять сказал все за нее:
- Конечно хочешь.
И, развернувшись к импровизированному кухонному столу, принялся за готовку.
- Давай помогу. – Томоэдо поднялась и встала рядом с хозяином квартиры.
- Не надо. Ты лучше пойди переоденься. Там, в моей комнате, в шкафу можешь взять все, что тебе нужно. – Шун кивнул в сторону первой двери.
- Но…
- Иди, – светловолосый молодой человек шутливо подтолкнул Алексис.
Зайдя в спальню Идзаки, первое, что бросилось в глаза телохранителю – большое окно, перед которым стояла широкая кровать. «Как небезопасно!» – инстинктивно подумала она. Здесь, было не менее уютно, и девушке это понравилось; сладковатый запах одеколона, чем-то похожий на карамель, чувствовался повсюду, – каждый предмет будто впитал аромат своего хозяина. «И почему я не ощущала его раньше?» – задалась вопросом она, открывая шкаф.
Форма Судзурана аккуратно висела в левом отделении шкафа, где, по соседству с ней, расположились всевозможные рубашки и парадный черный костюм. «Не то, что у Гендзи – валяется вечно все где-то» – отметила про себя Томоэдо.
Выбрав серую длинную пайту с надписью “Every man needs protection”, она закрыла дверцу.
- О, я так и думал, что ты выберешь именно это, – проговорил Шун, ставя на стол тарелку. – Садись.
- Я надпись уже после заметила, – будто бы оправдываясь, сказала Томоэдо и взгромоздилась на высокий стул.
Блондин придвинул к ней тарелку и, снимая на ходу свитер, бросил через плечо:
- Ты ешь, а я сейчас одену что-нибудь другое и присоединюсь.
Алексис взяла в руки палочки и принялась за еду. Генерал приготовил для нее мисо суп, вернее, разогрел, и добавил туда свежей зелени. Горячая жидкость приятым теплом разливалась по телу и в значительной степени убаюкивала. Все проблемы медленно, но верно отодвигались на задний план. И только лишь раны на руке неприятно саднили, причиняя уйму неудобств.
Наконец, на кухне снова появился Шун. На нем была одета чистая, но немного растянутая, футболка и штаны от спортивного костюма. Крестик все также поблескивал на его шее. Он придвинул стул и уселся рядом.
- Очень вкусно, Идзаки. – Телохранитель слегка повернулась, чтобы лучше его видеть.
- Ой, да прям, – засмущался молодой человек.
- Нет, я серьезно. Действительно очень вкусно, – Томоэдо посмотрела в глаза генерала GPS, от чего тот засмущался еще больше.
- Спасибо, – в конце концов поблагодарил он, соглашаясь.
Спустя несколько минут, когда с супом было покончено и молодые люди уже пили чай, блондин спросил:
- Алексис, а почему ты стала телохранителем?
Девушка, помешивающая в это время чай, остановилась и пристально уставилась на чаинки так, если бы они могли подсказать ответ. Грусть появилась в ее светло-карих глазах, украв при этом присущий им блеск. Шун хотел забрать слова назад и перевести разговор на другую тему, однако Томоэдо заговорила:
- Двенадцать лет назад к нам в дом ворвался вооруженный психопат. Не знаю, хотел ли он ограбить (да ведь у нас и красть-то было нечего) или же просто «поразвлечься», но в итоге он убил всех, – ее голос дрогнул, – моих близких. Мне удалось спастись, однако наш дом сгорел дотла, а с ним и все, чем я дорожила. – Шатенка сделала глоток. – Затем я скиталась от двора ко двору, ища укрытия и помощи. Кто-то помогал, кто-то гнал в шею, а кто-то делал вид, что и вовсе меня не существует. Так продолжалось полгода пока на меня, голодную и измученную, не натолкнулся пожилой мужчина. У него не было ни детей, ни родственников, поэтому он взял меня к себе в обмен на помощь по хозяйству. Позже, он проникся ко мне любовью, будто к родной дочери и открыл тайну – он был несказанно богат, и все его деньги хранились на счете в банке. Перед своей кончиной, через четыре месяца после нашей встречи, он спросил о моем самом заметном желании. Я ответила, что хочу спасать людей от смерти. Он глухо засмеялся и произнес: «Жди, все исполнится». Когда он умер, за мной пришли какие-то люди, я отчаянно сопротивлялась и не хотела уходить, и тогда они просто-напросто затолкали меня в машину и увезли куда-то. Как оказалось, они отвезли меня в одну из лучших школ для телохранителей, в которой все мое обучение было оплачено наперед. Так исполнилось мое «желание». – Алексис горько усмехнулась.
На протяжении всего рассказа девушки, Идзаки напряжено молчал и внимательно ловил каждое ее слово, каждый взгляд.
- Мне жаль, – искренне сказал он, когда Томоэдо замолчала.
- Ничего, все в порядке, – телохранитель грустно улыбнулась и встала, чтобы помыть посуду.
Шун наблюдал за тем, как грациозны ее движения, как подтянуто спортивное тело и как чертовски хорошо на ней смотрится любая одежда, и еле сдерживался, чтобы не кинуться к ней и не заключить в объятьях.
Последняя тарелка была помыта и отправлена в сушилку, и Алексис, откинув непослушную косичку за спину, развернулась к генералу армии GPS.
- Алексис я…(«люблю тебя», чуть было не ляпнул он)…я постелил тебе в своей комнате, – на одном дыхании выпалил блондин и поспешно отвел взгляд.
- А ты где будешь спать? – удивленно спросила Томоэдо.
(«Хотелось бы с тобой» – промелькнуло у Идзаки в голове).
- На диване, – выдавил он и исподтишка глянул на девушку.
- Прости, от меня столько неудобств.
- Да нет, что ты. Пустяки, – отмахнулся светловолосый молодой человек.
- Ты очень добрый, – с этими словами Алексис поклонилась и пошла в сторону комнаты. – Спокойной ночи, Идзаки, – сказала она у самой двери.
- Спокойной, – ответил Шун и, как только за шатенкой закрылась дверь, бросился на диван, предварительно долбанув по нему кулаком.

Лунный свет властно проникал сквозь задернутые шторы и, в совокупности с беспокойством о патроне, не давал Алексис уснуть. Она перевернулась на спину и устремила в потолок взор своих усталых карих глаз.
«Как он там?» – уже в десятый раз за какие-то сорок минут подумала девушка. Она протянула руку и взяла мобильник, лежавший на тумбочке. Часы показывали три часа ночи.
Войдя в установленное на ее телефоне приложение, позволявшее снимать показания с датчиков движения и камер наблюдения (в том числе расположенных и в комнате Такии-младшего), телохранитель удостоверилась, что с Гендзи все в порядке: он, в обнимку с Аюзавой, мирно спал на кровати, словно младенец. Черные волосы ниспадали ему на лицо, а сон придавал хрупкости его мужественному лицу.
Томоэдо положила мобильный на место и протяжно выдохнула.
В гостиной на диване мерно посапывал генерал армии GPS, и шатенка невольно улыбнулась – она и предположить не могла, что гроза новичков и сэмпай Адского трио окажется таким чувственным и воспитанным молодым человеком. И ей это понравилось, – хоть один нормальный ученик Судзурана, который за его пределами не придерживался образа «ворона» и мог быть самим собой. Однако она ошибалась – в этом омуте водились черти похлеще Гендзиных.

Идзаки лежал без сна с того самого момента, как пожелал Томоэдо спокойной ночи. Ее близость волновала и пробуждала самые смелые фантазии, но он каждый раз одергивал себя, вспоминая сценку на крыше, а также то, КАК девушка смотрела на своего патрона.
«Чертов Такия – вечно он нравится классным девчонкам! – Шун сильно сжал кусок простыни, будто бы это была шея друга. – А Сэридзава – тот еще п****ло, – прямо вешался на нее!» – обозлено думал блондин, сверля глазами доску для дартса.

Алексис проснулась от того, что в комнату кто-то зашел. Телохранитель сразу же открыла глаза, – она обладала чрезвычайно чутким сном – еще одна приобретенная способность, наряду с развитой выдержкой и реакцией.
К ней направлялся хозяин дома, неся на подносе чашку с ароматным кофе.
- Доброе утро! – он приветливо улыбнулся. – Как спалось? – Генерал поставил чашку на тумбочку и присел на край кровати.
- Доброе. Спасибо, спалось просто отлично. – Девушка слегка кивнула в знак благодарности. – А ты? Надеюсь, я не сильно потеснила тебя? – спросила Томоэдо, садясь.
- Нет, я спал как убитый, – слукавил Идзаки. – Я не знал, какой кофе ты любишь, поэтому осмелился приготовить на свое усмотрение.
Шатенка поняла намек и незамедлительно попробовала принесенный ей напиток.
- Великолепно! У тебя поистине отменный вкус во всем, – восторженно изрекла Алексис.
- Старался. – Шун изобразил нечто на подобии поклона и залился смехом. – Ладненько, ты тут собирайся потихоньку. Жду на кухне, – сказал молодой человек, вставая с кровати.
Он подошел к шкафу и достал оттуда школьную форму. Когда он уже был у самой двери, его окликнула:
- Идзаки! Еще никто не приносил мне кофе в постель. – Ее голос был тихим, а взгляд слегка отведен в сторону.
- Рад быть первым, – с налетом гордости выговорил парень и покинул комнату.
Томоэдо взяла со стула свои вещи и, сняв пайту, аккуратно положила ее на заправленную постель.

За ночь ветер намел порядочное количество снега, а мороз крепко-накрепко зафиксировал его у порога, из-за чего дверь квартирки отрывалась с трудом. Шун толкнул ее плечом и она, с противным скрипом, в конце концов, поддалась.
- Как красиво! – воскликнула телохранитель и зажмурилась от слепящих отблесков.
- Возможно, – отозвался блондин, убирая ключи в карман. – Но потом все это превращается в мерзкую слякоть. – Он взглянул на ясное небо и нахмурился. – И, судя по всему, сегодня так оно и будет.
Молодые люди спустились вниз, при этом успев несколько раз поскользнуться, и перевели дух.
- Прям каток, чтоб его! – возмутился генерал, закуривая.
Пока он курил, Алексис, не переставая, звонила своему патрону, чей телефон упорно молчал. Где-то с пятой попытки Такия взял трубку, – похоже, что наследник клана якудза все еще пребывал в сладострастных объятиях Морфея и Рюки.
Разговор был недолгим, приправленным парочкой ругательств и сонным бурчанием Гендзи, в котором главарь GPS ясно дал понять, что никого слышать, а тем более видеть, не хочет. Затем парень, особо не церемонясь, бросил трубку.
- Ну что? – поинтересовался Идзаки, втаптывая окурок в снег.
- Он отключился, – растерянно, будто бы не понимая смысла сказанного, проговорила Томоэдо.
- Хм, это в его стиле. Наверно методы Рюки-тян больше не действуют. – Если бы девушка не была занята попытками разгадать поведение патрона, то смогла бы услышать явный холодок, проскользнувший в этой, казалось бы, обычной фразе.
- Наверное, – бесстрастно подтвердила телохранитель, все еще ломая голову над загадкой по имени Такия. – А, кстати, у тебя очень «вкусный» одеколон, – ни с того ни с сего вырвалось у нее.
Неужели она сказала такое вслух?
От удивления дар речи покинул Шуна, и все, что он мог – это пялиться на шатенку с немым вопросом, так и застывшим на его лице.
- Пожалуй, нам нужно поторопиться, – протараторила Алексис и быстро зашагала по тротуару в сторону Судзурана.
«Удивительная девушка!» – подумал генерал армии GPS, взглядом провожая Томоэдо.

FB.

POV Гендзи.

Я готов был убить Аюзаву за то, что она приперлась в очень неподходящий момент. Я злился, хотя, что там злился, – я был в бешенстве! Мне пришлось выгнать Алексис, так как я не хотел, чтобы она присутствовала при наших с Рюкой разборках.
А эта дрянь, то бишь Рюка, мило улыбаясь, подошла и впилась мне в губы! Сначала я думал оттолкнуть ее, да посильнее, чтобы она больше не приближалась ко мне со своими омерзительными поцелуями (и когда я стал ТАК о ней думать?!), но потом меня посетила мысль получше: я решил грубо отыметь ее.
Я схватил Аюзаву за волосы, как когда-то сделал в пьяном угаре с Томоэдо, и потащил на кровать. Эта дебилка даже не сопротивлялась – ей никогда не приходило на ум противоречить мне, – тупая певичка, что еще можно сказать? На ее лице не было ничего, кроме покорности.
Образ телохранителя возник передо мной из ниоткуда. На минуту я замешкался и, чуть было, не прекратил все это сумасшествие, однако Рюка сама притянула меня к себе и игриво залезла мне в брюки.
Мразь, она ничто по сравнению с Алексис! – повторял я себе, словно заезженная пластинка, снимая с нее одежду.
Своими шаловливыми ручками она умело обращалась с моим «приспособлением», а после и вовсе обхватила его ртом. Отступать было поздно, и я унесся в пучину страсти, попутно наматывая волосы Рюки на руку, тем самым одерживая дополнительное удовольствие.
Минет был превосходным, и это чуть умерило ярость, всепоглощающим пламенем бушевавшую в моей груди, но, в момент высшего блаженства, передо мной снова возникло миловидное личико Томоэдо. В огонь будто подкинули свежих дровишек и я, навалился на Аюзаву всем телом.
Мелкая тварь, она вся пропахла клубом и развратом – какая противоположность нежному запаху сакуры – и ей придется за это расплатиться
Я резко вошел в нее, от чего она даже вскрикнула. Плевать! Я начал двигаться, все быстрее и быстрее, с каждым движением получая животное наслаждение.
Я е**л одну девушку, а представлял в это время совсем другую, ту, которую сам же и выгнал от греха подальше. Мною овладела странная одержимость, через Аюзаву я будто бы мстил Алексис, мстил за ее красоту, за ее уникальные глаза и бархатистый голос, за свое унижение и беспомощность перед ней.
Взошла луна и ее свет упал на лежащую рядом Рюку. Она спала, прижавшись ко мне, будто кошка, свернувшаяся калачиком у ног хозяина. Мой гнев испарился и я подумал, что все не так уж плохо: у меня есть девушка, пусть я ее и не любил, зато она была готова ради меня на все, – а это многого стоило.
Хотя…
Я взял телефон и почти набрал номер Алексис, – чтобы услышать ее голос, поинтересоваться где она, – но вовремя остановился. Ни к чему это. Я хочу помучить эту неподатливую стерву, ведь сегодня она едва ли не сдалась мне.
Интересно, а Томоэдо зашла бы дальше поцелуя?
Я не проиграю тебя Шуну, ни за что! И Сэридзаве, уе**щу этому, не отдам! – прошептал я, обращаясь в пустоту.

Утром меня разбудили настойчивые телефонные звонки. Поначалу я тупо игнорировал их, но где-то на пятом, я понял, что от меня не отстанут. Я выдернул руку из-под разлегшейся на ней Аюзавы и, не глянув на дисплей, ответил. Меня будто молнией пронзило, когда я узнал того, КТО именно мне звонил. Я принял решение поиграть с ней и, изобразив злость(которой в общем-то не было), обматерил ее, а после и вовсе кинул трубку.
Пусть теперь думает.
EFB.

Утро выдалось морозным, но ясным. Алексис шла по дороге, не зная как поступать дальше. Оба молодых человека успели немало озадачить шатенку и хранили в себе больше тайн, нежели разгадок. Редко когда попадались люди, которых Томоэдо не могла раскусить с первого взгляда.
Голос Идзаки прервал нескончаемый вихрь мыслей и вырвал девушку из глубоких раздумий:
- Эй, ты здесь? – обеспокоенно спросил генерал, щелкая пальцами перед лицом телохранителя.
- Д-да, – ответила она и, будто откинув прочь терзающие думы, улыбнулась. – Задумалась просто.
- И о чем же, если не секрет? – Шун постарался скрыть излишнее любопытство за равнодушным взглядом.
- Да так, о жизни, – Алексис задорно засмеялась.
Светловолосый парень не удержался и засмеялся вместе с ней. Они бы сошли за двух влюбленных, праздно шествующих по улице, если бы не слишком большое расстояние для пары, на котором они держались друг от друга. Нечаянный комплимент девушки подстегнул блондина к действиям, но, в тоже время, он боялся испортить уже сложившиеся приятельские отношения, поэтому пока выжидал нужного момента.
У школьных ворот, прислонившись к табличке, гласящей, что это был Судзуран, стоял Такия. Он курил и внимательно всматривался вдаль. Когда он увидел своего телохранителя и лучшего друга, идущих рядом и при этом беззастенчиво смеющихся, он выкинул недокуренную сигарету и быстрыми порывистыми шагами направился им навстречу.
- И что это? – едва ли не прорычал будущий якудза.
- Это мы с Алексис-тян, – по-простецки вымолвил Идзаки.
- Я, б***ь, не слепой, сам вижу! Почему вы идете вместе?
- А потому, что ты, дурак редкостный, выгнал ее на ночь глядя в холод. А я любезно предоставил ей кров. – Шуну нравилось злить Гендзи, используя витиеватые фразочки – так он чувствовал свое превосходство.
Такия-младший стал похож на закипающий чайник. От злости он даже не мог ничего сказать, лишь извергал молнии взглядом и то открывал, то закрывал рот, подобно рыбе, выброшенной на берег.
«Все это было бы смешно, если б не было так грустно» – вспомнилось Томоэдо.
В итоге генерал армии GPS не выдержал и, прихватив главаря под локоть, оттащил в сторону.
- Что с тобой, Гендзи? Почему ты так ведешь себя? – вопрошал он, не спуская с друга пронизывающего колючего взора.
- Со мной ничего! Небось вы**л моего телохранителя, да?! – Такия выдернул руку.
Пару секунд Идзаки пытался понять, все ли он правильно услышал; а затем и осмыслить сказанное.
- Подожди, ты же сам предлагал мне Алексис. Она ведь не нужна тебе! – отчаянно вскричал блондин.
Девушка закусила губу, – как же ей больно слышать эти глупые разборки, – однако она ничего не могла поделать.
- Я передумал, – самодовольно вымолвил главный ворон.
- Это война? – Лицо Шуна превратилось в каменное изваяние и он, плотно сомкнув губы, ожидал ответа.
- Нет, – молодой наследник якудза ухмыльнулся. – Это соперничество, – смакуя слова, сказал Гендзи и, толкнув плечом теперь уже своего визави, подошел к Томоэдо.
- Идем! – гаркнул он, идя в сторону пристанища GPS.
Впервые с момента их знакомства между двумя лучшими друзьями произошла ссора.
Внутри Алексис разрывалась на части, поведение патрона убивало ее, она хотела высказать все, что думает обо всем этом цирке, но положение обязывало беспрекословно следовать за хозяином. Единственное, чем она была в состоянии утешить Идзаки, – поклониться ему в знак извинения. Что шатенка и сделала.

Тамао Сэридзава, воплощение спокойствия в Судзаране, сидел на крыше и с сосредоточенным видом точил огромный дротик. Это занятие всецело занимало его внимание, и пусть хоть комета упала бы рядом – парень бы даже бровью не повел. Он просидел в одном положении, по меньшей мере, часа три, а вся его банда разбрелась кто куда, ибо они прекрасно знали, что в такие моменты к главарю лучше не соваться – себе дороже.
На крышу буквально влетел растрепанный и запыхавшийся Миками, но, увидев донельзя сконцентрированного Сэридзаву, затормозил на полпути. У него прямо таки чесался язык сообщить последние новости, и он, чтобы не проговориться раньше дозволенного, прикусил его.
Наконец, Тамао, любовно оглядев проделанную работу, удостоил Манабу взглядом.
- Чего тебе? – спросил Сэридзава, прицеливаясь дротиком.
Миками испуганно сгорбился, – не дай Бог бывший главарь Судзурана вздумает кинуть свое «орудие», – и, заикаясь, ответил:
- Там…у GPS разборки между собой. Идзаки и Такия из-за бабы посрались. – Его взгляд был прикован к блестящему наконечнику, от которого исходили причудливые блики.
- Хм, и? – вяло отозвался «мистер невозмутимость».
- Это наш шанс отомстить, – деловито высказался неожиданно появившийся Токадзи.
- Да, – пискнул Манабу и спрятался за спиной Юдзи.
Тамао скорчил рожу, будто проглотил нечто невыносимо кислое, и, метнув дротик в сторону раздражителей, спокойно проговорил:
- Мне некому мстить. Они сами друг другу глотки перегрызут. А это зрелище куда забавнее драки.
Миками упал навзничь, а Токадзи еле-еле успел отскочить – дротик просвистел в нескольких миллиметрах от его уха.
«Интересно» - про себя усмехнулся Сэридзава.

Гендзи сидел у пруда и курил уже третью сигарету за несчастные двадцать минут. После разговора с Шуном на душе у парня остался неприятный осадок, портящий радость от того, что Алексис – почти завоеванный трофей. Плюс ко всему, Томоэдо аккуратно, но верно сверлила его нотациями:
- Гендзи-сама, так нельзя. Он все-таки ваш лучший друг! Вы жестоки с ним. – В сотый раз повторила телохранитель. – Я…
- Закрой рот! – прервал ее брюнет. – За***ла.
- …не хочу ставать между вами, – закончила девушка.
- Поэтому будь моей. Идзаки свыкнется с этим и все снова будет как прежде. – Такия-младший мерзко хихикнул.
- Как вы можете такое говорить?!
- Легко. Для этого у меня есть рот, – съязвил наследник клана якудза. – Короче, увижу рядом с Шуном – уволю к х**м, поняла?
Томоэдо через силу кивнула.

В классе было накурено и чем-то откровенно воняло, – скорее всего, забродило недопитое кем-то пиво, небрежно брошенное под партой.
Идзаки морщился и с отвращением поглядывал на злосчастную банку, но не решался поднять сей мерзкий предмет. Молодой человек сидел на парте и думал. Думал о том, как же ему вытащить Алексис из цепких рук друга-соперника.
По коридору с дикими матами бежал Васио Гота, вернее сказать, убегал. За ним, будто фурия, несся Хироми – главарь Адской тройки и по совместительству кохэй Шуна.
Генерал GPS, разозленный шумом, оторвавшим от решения жизненно-важного вопроса, спрыгнул со стола и выбежал в коридор. Прямо на него приближался Васио, которого Идзаки остановил метким ударом в лицо. Парниша, зашатавшись от несоответствия инерции и противоположного ей действия, грохнулся на пол. Блондин наклонился к Гота:
- Херли ты орешь?! – прошипел он.
К ним подбежал Хироми и, отдышавшись, вымолвил:
- Не трогай его, я сам с ним разберусь.
- Он оторвал меня от дел, теперь Я возьмусь за него. А ты иди, погуляй, – возразил Шун, подымая Васио и отмахиваясь от кохэя.
Хироми, сцепивши зубы и сжав кулаки, ушел, пообещав расквитаться с обоими.
Генерал втащил парня в класс и, кинув его на стулья, ровным голосом произнес:
- Убери здесь все. Потом свободен.
Уборка затянулась, и Идзаки успел порядком заскучать. Тоска снедала его, и она не происходила лишь от того, что ему надоело смотреть на снующего Васио – нет, у этой тоски были глубокие корни, уходящие вглубь души молодого человека.
Он вытащил телефон и набрал СМС: «Мне жаль, что тебе пришлось присутствовать при нашем с Гендзи разговоре. Знай, что я всегда готов придти тебе на выручку – только скажи. И не переживай из-за нашей ссоры, – мы сами разберемся;) P.S.береги его»

POV Алексис.

Мы сидели у пруда и молчали, патрон, высказавши мне нелицеприятную тираду, замолчал, будто ему стало легче. Он избегал моих взглядов и делал вид, что занят собственными мыслями. Может, оно так и было? Кто знает…
Не смотря ни на что, я верила, что Гендзи страдает из-за размолвки с другом. Я видела это по его глазам. Он, всегда такой грубый и резкий, на самом деле очень ранимый человек. Наверно в его отношении к другим виноват отец. Тяжесть преступной жизни с детства давила на Такию, разрушала его светлые порывы и прививала черты настоящего шакала.
Я одновременно и любила его, и ненавидела.
Послышалась короткая мелодия – стандартный рингтон – и я достала телефон. Гендзи, до этого смотревший на подмерзшую гладь воды, повернулся в мою сторону.
Оказалось, что мне пришло сообщение, от Шуна. Я, с непонятным трепетом, открыла его.
Прочитав, мне не удалось сдержать улыбки. Идзаки поистине был галантным молодым человеком…и таким милым. Почему-то у меня защемило сердце…
Патрон подозрительно вскинул брови и, по всей видимости, ждал от меня оправдания своей улыбки.

- Чего лыбишься, а? – спросил Гендзи, придвигаясь к своему телохранителю.
- Ничего особенного, Такия-сан. – Девушка тепло улыбнулась, – это СМС явно подняло ей настроение.
Главарь Судзурана недоверчиво прищурился, но смолчал. Вместо этого он задал вопрос, не дающий ему покоя с самого утра:
- Скажи, – голос брюнета смягчился, а с лица исчезло недовольное выражение, – ты спала с Шуном?
От ее ответа зависела дальнейшая судьба молодого наследника якудза.
- Нет, не спала, – уверенно ответила Томоэдо, глядя прямо в глаза Гендзи.
Напряжение, охватившее парня в эти несколько тягостных секунд, спало, и он, поддавшись желанию, прильнул к губам Алексис. Но, не дав ей опомниться, Такия отстранился и прошептал:
- Пошли домой.
После чего главный ворон встал и протянул телохранителю руку.
«Сегодня я докажу, что могу быть другим. Ты увидишь меня настоящего» – мысленно добавил он.

«Она проигнорировала мое сообщение…» – с досадой подумал Идзаки, запустив в школьную, сплошь исписанную непристойностями, доску ведром, которое он отобрал у Васио.
Шлеп! Вода расплескалась повсюду, забрызгав то, что Гота с непередаваемой тщательностью уже отмыл. В глазах несчастного «уборщика» отразился безмолвный, отчаянный крик души.
- Черт! – выругался генерал и смахнул с ботинка грязные капли. – Короче, закончишь тут и вали. Но, если я приду завтра и не увижу здесь сверкающей чистоты – из-под земли достану и заставлю вылизывать! – Идзаки аккуратно обошел лужу и вышел из класса.
Вечерело и последние отблески заката игриво заглядывали в разбитые окна школы. Большинство учеников разошлись по домам или увеселительным заведениям, поэтому в коридорах было безлюдно и тихо.
Шун засунул руку в карман и достал пачку сигарет. Она была почти пустой и, выудив оттуда последнюю сигарету, блондин скомкал пачку и швырнул назад.
- Мусорим, значит? – Послышался голос того, кого Идзаки хотел меньше всего видеть.
- А что, нельзя? – светловолосый парень развернулся и с вызовом посмотрел в глаза непрошеному спутнику.
- Нельзя, – нарочито расстроено сказал Сэридзава и шутливо покачал пальцем, словно выговаривая непослушного ребенка.
- Пальцы-то и поломать за такое можно, – ощетинился генерал GPS.
- Не стоит. Они мне еще нужны… – Тамао выдержал интригующую паузу, – например для…эмм…Алексис.
- Мудак, ты что несешь?! – рассвирепел Шун и толкнул бывшего главаря к стене.
- Да так. – Брюнет отряхнулся и «включил» свой фирменный взгляд, обычно, не предвещавший ничего хорошего. – У вас с Гендзи разлад произошел из-за Томоэдо, не так ли? Так знай, и дружку своему передай, что я вступаю с вами в борьбу. За Алексис. – Сэридзава усмехнулся и повернулся, чтобы уйти.
- Ах ты ублюдок гребаный! – Идзаки накинулся на него сзади, и они кубарем повалились наземь. – Хер тебе, а не она! – выкрикивал молодой человек, размахивая кулаками.
Они дрались, словно щенки за колбасу, разница была лишь в том, что Тамао, как всегда, был невозмутим и безэмоционален, будто эта драка и не важна ему вовсе.
Поначалу силы парней равнялись, однако, после удачного удара, Сэридзава получил некоторое преимущество. Еще один удар в челюсть блондина окончательно решил исход схватки – Шун оказался в глубоком нокдауне.
- Тьфу! Из вас никто не достоин такой девушки, как Алексис, – разочарованно высказался Тамао и, бросив противника наедине со звездочками, ушел.

@темы: Crows Zero