01:51 

Поцелуйся,блять,с асфальтом

Главарь
— Ты кто? — Часть силы той, что без числа творит добро, всему желая зла.

Название:"Поцелуйся,блин блять,с асфальтом..."
Автор: -
Фендом:Crows Zero
Пейринг: Тамао Серидзава
Размер:мини 1595 слова
Размещение:с разрешения
Пометка:сделано по заявке:Crows Zero, Серидзава, "Поцелуйся, блин, с асфальтом"


Когда Серидзава перевёлся в Судзуран – он не был тем монстром из 11 «А», которого знала и опасалась вся школа, да и близлежащие районы тоже. Он не имел за спиной огромную банду идущих за ним людей. С ним не были его верные генералы, готовые сдохнуть, выполняя его приказы. Тогда Серидзава пришёл в Судзуран с мечтой покорить его. Он стоял и с восхищением смотрел на грозное, исписанное здание, и в глазах были не просто искорки азарта и предвкушения насыщенной жизни, а настоящий фейерверк эмоций. В те времена он был таким же новичком, как и многие другие, и ему приходилось много драться, чтоб доказать свою силу и подняться на вершину Судзурана во всех смыслах. Даже тогда Серидзава ярким бордовым пятном в чёрную клеточку выделялся из чёрной однородной массы людей. И каждый третий желал испробовать силу этого самого пятна на себе. И один из понедельников, на удивление хороший такой, исключением быть не пожелал.

***


Серидзава, лёгкой походкой, в чистой, новой клетчатой рубашке и такой же чистой судзурановской форме, шагал через внутренний двор школы, всем своим видом наслаждаясь жизнью в полном её объёме. С одной стороны далеко не маленького дворика находились выброшенные через окна и кем-то добросовестно сложенные в одну большую кучу школьные парты, с другой валялись парочка каких-то раздолбленных велосипедов. Откуда они там взялись – вопрос со множеством вариантов ответов. Везде, как и обычно, валялись окурки, дополняя собой столь яркий пейзаж. Всё вокруг стало уже привычным. Солнце игриво щекотало щеку ученика, и придавало всему окружающему не такой грозный вид. Настроение было хорошим, настолько, что глуповатая улыбка всё никак не слазила с лица. Серидзава пытался принять более серьёзное выражение лица, а потом подумал, «зачем?» и оставил это занятие. Он шёл один, никого не трогал, никому за весь день не набил морду, да и не хотелось сегодня. И за последние несколько дней тоже не ставил никому «подножки». Серидзава уже думал направиться домой, чтобы купить по дороге чего-нибудь съестного, и день бы так и закончился хорошо, если бы чей-то меткий кулак на всей скорости не поздоровался с его челюстью. Причём приветствие оказалось столь неожиданным, что следующим знакомством Тамао стал тёмно-серый, нагретый за день палящим солнцем, шершавый асфальт. Знакомства получились настолько хорошими, что на неровных выбоинах виднелась тёмно-алая кровь. Где-то сверху послышалось: «Поцелуйся, блин, с асфальтом». «За что?», - пронеслось в голове. Серидзава, оторвав голову от асфальта и убедившись, что кровь всё-таки идёт из носа, поднял свой чертовски-злой, отчасти удивлённый и слегка обиженный взгляд и увидел одного пидора, которого неделю назад, а может и чуть больше, отхуячил на славу. Вообще-то хуячил он тогда не только его, да и потому, что этот долбоёб и ещё парочка упырей сами пошли на него. Вот, значит, как. Обидчивая попалась скотина. Сам не сумел выебнуться, да ещё и обижается, подлюга. Теперь всё понятно. На лице не спеша, как в замедленной съёмке, проявлялась хищная ухмылка, открыто заявляющая, что пиздец чуваку.

***


Во второй раз досталось смельчаку за всех четверых, которых Тамао раньше отделал. Те оказались умнее, чтоб не лесть к Серидзаве второй раз. Ну что, бывают ведь люди, до которых всё доходит только со второго раза. Единственное, о чём Тамао реально пожалел тогда, так это о выпачканном пиджаке и измазанной в крови новой рубашке. За дебилов он не переживал. А вынес из этой ситуации Тамао только одно – фразу, сказанную смельчаком. И та, сучка, выцарапала себе место в памяти парня, и уходить как-то не собиралась. Да и если по совести – звучала она неплохо. Тамао только внёс собственную небольшую корректировку, заменив «блин» на «блять». И вроде даже неплохо получилось.

***


Серидзава и Тацукава не спеша ковыляли ко входу в наверное самую охуительную для них школу, которую только можно было себе представить. Ну, для Тамао она точно была охуительной. На счастливых лицах красовались новые ссадины и успевшая чуть подсохнуть свежая кровь, осталось место и для синяков, которые покажутся завтра во всей своей красе. Помятые, испачканные, но довольные, эти двое бок о бок шагали после очередной драки, из которой, безусловно, победителями вышли именно они. Оба улыбались, правда у одного улыбка была очень уж голливудской, что было не свойственно для здешнего окружения. У Тамао улыбка была милой, с лёгким детским налётом.
- Поцелуйся, блять, с асфальтом? Откуда это?
- Да так, запомнилось. Неплохо звучит, да?
Улыбка у Тацукавы стала на порядок шире, беззвучно привлекая к себе внимание товарища. В глазах у обоих играла детская радость, светлая такая, беззаботная, не омрачённая всеми тяготами жизни. И заходящее солнце, будто присоединяясь к их компании, лёгким блеском отражалось от полу-разбитых стёкол и освещало их лица, придавая им, не смотря на все царапины и ссадины, ещё более детские выражения.
- Не знаю даже.
- Ладно тебе. Пойдём что-нибудь перекусим. Я видел тут недалеко палатку с жареными сосисками.
- Пойдём.
Серидзава мог в любой момент предложить что-нибудь перекусить, но к этому Токио давно привык.


***


Фраза эта напрочь засела в вырытой собой же норке, и выходить наотрез отказывалась. Тацукава уже не удивлялся, когда его друг с ударом в челюсть со всего маху произносил эту избитую фразу. Но проходило время, и Серидзава перестал её говорить. Вслух. В мыслях она всё так же мелькала, когда какой-нибудь упырь от мощного удара Тамао падал на асфальт. Но и это начало проходить, как детская привычка, которая с возрастом исчезает. «Поцелуйся, блять, с асфальтом», сидя в своей норе, начало покрываться паутиной, и постепенно об её существовании забылось. Но она там всё ещё сидела. И появиться в самый неуместный момент ей не составило труда.

***


Удар. Глухой, словно стена. Силы вложено в него не очень много, а вот усилия – в избытке. Только вот Такия от него не падает, он просто шатается. Бесит чертовски. Ответом служит короткий и по сути такой же, как и у Тамао, удар под рёбра с такиевой правой. Не попал в солнечное сплетение – уже хорошо. Удар проносится по телу лёгкими отголосками, Тамао ощущает себя большим живым синяком. Но это не повод не дать ответа в виде удара со своей правой. Чтоб ударить ещё раз он собрал всю свою силу воли, собрал в этот самый кулак, и из последних сил прицельно направил в лицо Такии. Он был последним шансом – но его оказалось недостаточно для победы. Тамао не знает, откуда у этого ебаного Такии брались силы. В живот будто врезался небольшой товарный состав, потом второй. Боль новой волной пронеслась по телу. А третий прибыл в челюсть как раз по расписанию, без опозданий. Сил не то чтобы на удар, их едва хватало, чтоб удержаться на ногах. Он почти упал. Но пока ещё держится, отчаянно пытаясь ухватиться за мысль, что не проиграет, которой, в общем, уже и нет. И следующий удар стал приговором под названием «Новым королём Судзурана становится Гендзи Такия», который подписывается и исполняется за секунды. Ноги уже не держат, земля становиться всё ближе, а в голове едва заметно и как-то грустно проносится «Поцелуйся, блять, с асфальтом».

***


Серидзава больше не вспоминал эту фразу. Повода как-то не представлялось. Зачем она ему, когда он просто сидит со своими преданными генералами, со своими друзьями, жрёт сосиски и хлебает пиво. Зачем она ему, когда все проблемы свалились на плечи нового короля, которого никто из его друзей не признал. Зачем она ему, когда в драках нет необходимости, когда к ним пропадает интерес. Зачем.

***


Серидзава поднимается на ноги. Силы, как из запасного резерва, весьма ощутимым потоком начинают поступать в мышцы. Они разливаются по венам, насыщая собой измотанное тело. Непередаваемое чувство. А вот у оппонента, как раз таки, дела обстоят совсем иначе. Больше не видно смелости в глазах, удар ногой напрочь её стёр, оставив после себя на светло-серой форме тёмное пятно. Удивление, изумление, боязнь – всё что угодно, только не смелость. Рё уже не чувствует прежней уверенности, как и небольшую часть бока, на которую по большей части пришёлся удар, она оказалась предателем. Единственным помощником сейчас становится стена, с помощью которой ему удаётся, пусть и неуклюже, но удаётся подняться. Пару секунд на размышление – и хосеновец с отчаянием, вскинув правую руку вверх, бросается на спокойного, как камень, Серидзаву. Рё чудом не падает с лестницы от руки судзурановского монстра. Думал будет легко? Посмейся ещё раз. А Тамао, как и прежде, стоит с победной ухмылкой, и в голове всплывает затёртая, казалось бы, уже забытая, фраза. «Поцелуйся, блять, с асфальтом». И кулак нереально быстро касается светлой и на удивление мягкой кожи.

***


Всё же, как долго может храниться в памяти человека одна избитая, старая фраза, которая когда-то давно случайным образом поселилась там. Существующая в голове так незаметно, что, казалось, её там уже и нет. Фраза, стоит которую произнести – и наступает ностальгия.

***


Какой-то паренёк, на вид ещё мальчишка, выпендривается, ни на секунду не сомневаясь в собственных силах. Нагло и больно самоуверенно кидается словами, за которые и в морду дать лишним не будет. По нему видно – глупый, излишне самоуверен и хочет подраться, а Тамао оказался хорошей кандидатурой для этого. Чёрная, как уголь, форма говорит, что он из Судзурана. Тамао даже думает, может зря он встрял в это дело, в конце концов, не он один здесь шёл. Серидзава, в сущности, совсем не глупый человек, и собирается просто уйти, оставив парня наедине со своими амбициями, поскольку стоят теперь здесь только они двое. Он помнит себя, который не так и давно больше всего на свете хотел драться и не упускал ни единой возможности поразмять кулаки. И Серидзава уже разворачивается, как на его плечо ложится рука. Не повезло. Парнишке не повезло. О Серидзаве и Такии в Судзуране всё ещё говорят, хоть больше их там и нет. Как они выглядят знают не все, лишь те, кто ещё застал их в Судзуране и просто кому повезло, а этот – ну может из какого десятого… В голове всплывает знакомая фраза, как старый товарищ, уже с тростью и весь поседевший, с которым они когда-то били вместе морды остальным. Она неизменно сопровождала его на протяжении всей учёбы в Судзуране, удивляя своим появлением в самые неожиданные моменты. «Поцелуйся, блять, с асфальтом…»

@темы: Тамао Серидзава

URL
   

Судзуран - место настоящего воронья

главная